Жил-был Медведь. И текла его жизнь обычно и размеренно. Как холода придут — он в спячку заваливался. А по весне просыпался, да из берлоги выкапывался, шёл в лес порядок наводить.

Но вот однажды тихой, ясной ночью не успел он добраться до дому. Устал, сел на завалившееся дерево отдохнуть, да и запрокинул косматую голову к небу. Да так и застыл.

Небо оказалось чистым-пречистым, темным-притемным. Звездочки, так отчетливо видные, мерцали... И такая глубина в небе этом ощущалась — будто бы тянула к себе, звала — страсть как хотелось узнать, что же там такое есть.

Время было такое, что одни пташки небесные уже перестали галдеть — заснули, а вот ночные только-только просыпались. Зверье тоже куда-то попряталось и такая тишина в лесу стояла, что в ушах аж шум какой-то сам собой начинался.

И небо завораживало, как буд-то приглашало в захватывающее странствие, полное приключений и чудесных событий.

Всё это было ново Медведю... Он даже крепко-крепко зажмурил глаза, дабы унять вдруг начавшееся головокружение. Но вскоре снова их открыл и вдруг увидел, как одна звезда словно сорвалась со своего места на небесах и ринулась к земле, отавляя за собой красивый хвост. Медведь сначала хотел было удивиться, но когда он заметил, что звёздочка, всё увеличивая своё сияние, летит прямо на него, он испугался. Нелепый, необъяснимый страх налетел на Медведя похлеще урагана летнего после длительных засушливых времён. И он чуть было не припустил без оглядки, воя от ужаса.

Но что-то всё же удержало его на месте. Любопытство ли, страх ли надёжно сковал все его лапы? Не знаю,... Медведю, конечно, было бы лестно думать первое. Ну и хорошо, пусть будет так.

Остался Медведь на месте, хоть и дрожа все своим косматым телом, стал ждать, что же произойдёт дальше. А звезда меж тем подлетела к Медведю и, видя какие чувства она в нём взбудоражила, превратилась в небольшого светлячка, Чтобы не обжечь случайно своим теплом и не ослепить ненароком своим светом.

– Не бойся, Медведь! Я к тебе с миром.

Медведь удивлённо уставился на светлячка.

– Кто ты? - Спросил он, едва справляясь с пересохшим языком.

– Я — Звёздочка Небесная.

Светлячок светился так весело, ярко и ласково, что Медведь постепенно, даже не замечая этого, перестал бояться. Животный страх уходил неведомо куда, уступая место искреннему любопытству.

– А что же ты тут делаешь? Почему спустилась с небес?

– Я тебя, Медведь, давно уже заприметила... Да вот только ты всё время каким-то угрюмым ходил, ввысь не смотрел, не интересовался нашим миром. Ты всё здесь был, по лесу бродил, под лапы смотрел, да на деревья... А тут вдруг меня и приметил. Посмотрел в высь небесную, да и потеплело у тебя на сердце, вопросы появились, да всё про даль небесную, глубокую, необъятную. Вот потому и пришла я к тебе, ведь ты теперь меня не только увидеть, но и услышать можешь.

Удивился Медведь сим речам, но старался виду не подавать, потому как стыдился проявления своих чувств.

– И что же, достаточно любому Медведю или ещё какому другому зверю лесному, али птице небесной просто в небо посмотреть и они уже смогут с тобой разговаривать?

– Увы. К сожалению, недостаточно. Можно хоть тысячу раз смотреть в небеса, но так ничего и не увидеть, можно хоть тысячу лет искать меня, но не смочь найти... - Голос Звёздочки немного погрустнел — Ведь главное — твоё устремление. То как и куда на самом деле устремляется сердце твоё, мысли твои.

– Но ведь я совершенно обычный мдведь, каких тысячи... а ты говоришь, что таким нет к тебе дороги. Ты меня хочешь обмануть? Зачем?!

Медведь почуствовал жгучую обиду, ибо не очень-то понимал смысла сказанных ему слов. И вдруг заметил, как поблёк свет Звёздочки. Он даже изо всех сил заморгал своими глазами, протёр их лапой, думая, что просто пелена какая-то в глазах его образовалась.

Медведь вошёл в то состояние, когда был готов возражать на любые увещевания и убеждения Звёздочки, но она ничего этого не стала делать.

– Мне незачем тебя обманывать, Медведь. - Просто сказала она, уже почти совсем погаснув. И Медведю вдруг стало очень больно с ней расставаться. Он ощутил, что если она совсев потухнет, то он сам тут же потеряет что-то такое, отчего душа его совсем опустеет, отчего станет совсем холодно, тоскливо и темно... Он не хотел так вот расставаться с Звёздочкой, но не знал, что нужно сделать, чтобы она снова засияла.

– Просто посмотри вверх и выбери, что тебе хочется всем сердцем твоим медвежьим и живым. - Едва слышно донеслось до него.

Он взвыл от отчаяния и снова посмотрел на небо. Прежние чувства и ощущения нахлынули на него и он понял, что теперь ему будет трудно жить без этой глубины.

– Но ведь я простой Медведь! - Почти застонал он, чувствуя как что-то в душе его медвежьей переворачивается.

Рядом так же ярко как и прежде засияла Звёздочка.

– А я — простая звёздочка. - Весело сказала она, окутывая Медведя своим сказочным сиянием. И оно уже почти совсем не слепило Медведя. Он вдруг улыбнулся:

– Ну как же... Вон ты какая яркая, красивая и чудесная!

Она весело и звонко засмеялась:

– Так ведь и ты...

– Что я? - перебил её Медведь. Ему стало очень грустно от сознания собственной никчёмности. - Вот посмотри какой я косолапый, значит мне не дано танцевать. Видишь, в детстве мне все уши оттоптали, а значит я не смогу петь. Руки мои толсты и неказисты — и мне никогда не научиться играть музыку...

И когда Медведь перечислял всё это, он и сам не заметил, как голос его изменился. Он утратил грустные нотки и всегдашнюю попутчицу грусти озлобление. Зато теперь в нём трепетали частицы мечты и детской, пусть наивной, как любят говорить взрослые, надежды, которая когда-то поселилась в груди его и уже более не покидала, оживляя сердце.

И пусть он с момента своего взросления и вступления во взрослую медвежью жизнь научился скрывать свои мечты и стремления за грубой медвежьей маской, жизнь... настоящая жизнь теплилась в сердце его, готовясь когда-нибудь вырваться на свободу.

Удивительно, но он и вправду не был каким-то особенным медведем. Каждый из его сородичей имеет или имел когда-то этот огонёк, каждый их них мог увидеть и услышать его, если бы только захотел, если бы только нашёл хотя бы несколько мгновений из своей загруженной огромным количеством забот жизни на то, чтобы просто взглянуть в небо и увидеть, а затем удивиться его бесконечной глубине.

Медведь об этом пока не задумывался, он и помыслить не мог, что эта вдруг прочувствованная им глубина готова принять его и бескорыстно поделиться всеми своими тайнами.

Детские, казалось бы уже давно забытые мечты, возродились в нём и он вспомнил себя малышом, как однажды, лёжа в небольшой колыбельке под деревом, очень внимательно смотрел в высоту небесную и чутко прислушивался, желая услышать, о чём говорят звёзды и облака.

– А ты действительно хотел бы петь, танцевать, играть, сочинять стихи, писать сказки и музыку? - Весело, но в тоже время весьма серьёзно спросила Медведя Звёздочка.

Чувствуя, что сейчас наступил очень и очень ответственный момент, заворожённый ярким светом, Медведь понял, что больше нет нужды прятаться под такой ставшей привычной маской взрослого зверя и просто кивнул, ещё пока не могущий поверить до конца во всё с ним происходящее.

– Хорошо. А теперь скажи мне, разве могут помешать косолапые лапы красиво танцевать свой медвежий танец? Разве не могут твои пусть небольшие, медвежьи ушки воспринимать, чувствовать музыку сердец? Разве могут твои медвежьи руки помешать тебе передать другим медведям эту самую чудесную музыку?

Медведь почувствовал, как всё в нём начало буквально петь от радости и воодушивления. Ему показалось, что он даже стал как буд-то легче, невесомее. Множество творческих идей хлынули из его сердца и ему показалось, будто ещё чуть-чуть и он буквально взлетит!

– Вот видишь. - Сказала радостно Звёздочка. - Тот, кто имеет чувствительное сердце и научился ему доверять, уже имеет всё необходимое для своих настоящих устремлений. И уже неважно косолапы ли ноги, неказисты ли руки, грузно ли тело, зарос ли ты шерстью... Это никак не помешает обрести свои крылья!

Счастливый Медведь летал почти всю ночь над уснувшим лесом, а когда первые лучи солнца зазолотили верхушки деревьев леса он спустился на землю, уже зная, что его крылья всегда теперь при нём.